Станислав Черчесов – о своей зарплате: привык делить такие цифры на два, а то и на пять

Станислав Черчесов, возглавивший сборную Казахстана в июне, успел заявить о себе в новой стране еще до начала работы. Во время презентации специалист попросил не заставлять президента федерации переводить с казахского языка и задавать вопросы на русском. В эти же дни Черчесов дал одно из первых интервью в новой должности, пообщавшись с главным редактором Borodabata Ерболом Каировым.

В беседе Черчесов высказался о зарплате на новой должности, а также о:

• давлении со стороны казахстанских медиа;
• изучении казахского языка;
• работе своего предшественника – Магомеда Адиева;
• и о перспективах Александра Меркеля и Георгия Жукова в сборной.

– Станислав Саламович, можете вспомнить день, когда вам предложили возглавить сборную Казахстана? Кто вам позвонил?

– Мне предложили возглавить сборную Казахстана 29 мая. Сначала на меня вышло окружение президента КФФ Адлета Барменкулова. Позже сам президент позвонил мне и купил билеты в Астану. В тот день я был на финале Кубка России. После официального приглашения вылетел в столицу Казахстана в ночь после финального матча. Я парень конкретный, который не любит разговоры вокруг. Прилетел, пообщался и пожал руки с Барменкуловым 3 июня. Если я пожал руки, то их не отрываю. Особо ни с кем не советовался, так как знаю о Казахстане. Я тут был и в 2019, и в 2021 годах. Следил за сборной, когда ее тренировал Магомед Адиев. Он мой чеченский брат. Я работал в грозненском «Тереке» и знаком с его отцом.

– В СМИ писали, что вашей кандидатурой интересовалась сборная Азербайджана.

– Да, разговоры были, но до официальных переговоров дело не дошло. Я не люблю, когда СМИ пишут про это долгое время. Со сборной Казахстана мы разговаривали три дня и сразу же договорились.

– Были конкретные варианты, помимо Казахстана?

– Много где играл и работал, поэтому всегда есть контакты, звонят, интересуются. Другое дело, что я уже сказал в тех же российских газетах, что хотелось бы после двух лет работы в Европе, где ты на немецком или английском должен изъясняться, поработать или в России, или в русскоязычной среде, где тебя будут понимать. Ты можешь спокойно на родном языке давать интервью, а не подбирать каждое слово, чтобы не сказать что-нибудь не то. Поэтому вот такое желание было, и вот оно пришло. Посмотрим, что будет через пару лет.

– Вы присутствовали на матче сборной Казахстана против Азербайджана, который прошел в Венгрии. Сделали ли какие-то выводы после этой игры?

– Вывод – это когда ты написал и подписал. Я никаких выводов не делаю: сам играл до 40 лет и понимаю, что такое товарищеские матчи. После игры с Азербайджаном я зашел в раздевалку поговорить с футболистами. Они были расстроены. Считаю, что расстраиваться надо, но только профессионально. Это нужно уметь. Ребятам сказал, чтобы они готовились к сентябрьским играм и приехали с хорошей подготовкой. Понятно, что если ты не умеешь играть, то ты не сможешь вести со счетом 2:0 по ходу матча.

У любого человека есть определенный подъем, после которого идет спад. Сборная Казахстана проиграла три из трех игр после поражения от Греции. Это нормальное явление. Все время идти вверх невозможно. Нужно учитывать многие нюансы. Я был на связи с Русланом Балтиевым, он провел отличную работу. Однако в отсутствии главного тренера определенные футболисты будут недорабатывать. Хотелось бы провести короткий сбор длиною в три-четыре дня, чтобы мы начинали Лигу наций не «с корабля на бал», а уже чтобы с футболистами были определенные контакты. Однако нет возможности провести сборы. Будем готовиться так, как принято перед официальными матчами.

– Какая была ваша первая реакция, когда российский инсайдер Иван Карпов написал в своем телеграм-канале о вашем назначении и прописал зарплату?

– Мне интересно, откуда эти инсайдеры берут информацию о моей заработной плате, когда я ее сам не знал. Про меня всегда пишут часто, я к этому привык с 15 лет. Всегда привык делить такие цифры на два, а то и на пять. Я даже не задумываюсь об этом. Это все – лирика.

– С первых дней на вас пошло давление от казахстанских СМИ…

– Давление – термин медицинский. У меня оно 120 на 80. Мы готовимся, мы работаем, знаем, что делать. Футбол – это футбол. Заранее никто не написал, что будет. Смотрим на чемпионат Европы: те, от кого никто ничего не ожидал, из группы выходят, на кого рассчитывали – не выходят. На неудачах не зацикливаюсь. Футбола без неудач и без побед не бывает. Надо понять, на каком мы этапе развития. Я уже сказал на пресс-конференции: то, что было, это определенный всплеск. Чтобы это не было всплеском, надо это как-то систематизировать. А потом потихонечку будем сидеть и обсуждать, что мы сделали.

– После матчей сборной Казахстана вы поехали на Евро в Германии.

– Я был на чемпионате Европы, смотрел и Австрию, и Словению. Я же понимаю, как и куда они бегут – это можно по телевизору посмотреть. Но мне надо, как я говорю, понюхать своего соперника, почувствовать их энергетику. Австрийцев я лучше знаю, я там долго играл, а словенцы неслучайно вышли из группы.

– Вы знаете, почему в Казахстане доверяют пост главного тренера сборной иностранцам? Иностранным тренерам предоставляют карт-бланж. Изъявили ли желание подыскать соперника перед матчем против Норвегии?

– Я себя иностранцем не считаю. Такие вопросы лучше задать президенту КФФ. У меня был лишь разговор с Гани Кайназаровым. Это же нужно заранее планировать. Соперники на улице не валяются.

– Будете посещать матчи казахстанского чемпионата?

– Есть план определенный план: посетить «Ордабасы», «Актобе». Сейчас начинается Лига конференций. Ну, есть запланированная поездка. Вот мы сейчас голову ломали перед этим, как это все… Стас Космос, да? Так говорили после чемпионата мира? Да, понятно, я космонавт, но я не могу везде быть в одно и то же время. Поэтому, ну, посмотрим сейчас, будем думать. А так, естественно, буду посещать.

Ну, и самое главное я вам скажу. Если бы я был начинающим тренером сборной, тогда да. А когда уже шесть лет в сборной России работал и опять в большой стране – я же не был везде, а был там, где надо. И это только я могу понять, почему я там был и что я там делал вообще. Если меня где-то нет, это не значит, что у меня информации нет. Откуда она у меня – это моя задача. Понимаете, о чем я говорю? Главное, чтобы она [информация] правильная была.

На игры в России ездил тоже только я. Смотрел по большому счету, 90-95% [матчей] из 100. Поэтому и здесь то же самое будет. Надо будет, я поеду. Еще раз повторяю: нам надо какие-то вещи обсудить. Определенную модель, которую я вижу. Можно это сделать? Для этого нужны не финансы, а правильные люди.

– В сборной Казахстана больше всех в Европе готовятся к официальным играм: клубы идут на встречу федерации и переносят туры чемпионата Казахстана…

– Я не люблю, когда что-то переносят. Нужно изначально планировать календарь чемпионата, чтобы игры не ставили в определенные даты ФИФА. В таком случае тренерам будет легче: если переносят игры, то тренеру нужно подстраиваться, чтобы не сорвать цикл подготовки. Когда я работал сборной России, просил, чтобы матчи РПЛ не переносились, ведь нужно уважать работу тренеров клубов. Другое дело, что можно сделать исключения. Однако систематично переносить матчи нельзя. Современный тренер должен изучать много нюансов и планировать работу.

– Вы говорили, что для вас важен результат, однако, когда спрашивают, когда сборная Казахстана выйдет на чемпионат мира или чемпионат Европы, отвечаете уклончиво.

– Я не отвечаю уклончиво. Вы говорите про чемпионат мира или чемпионат Европы. А вы знаете, кто у нас будет в группе? О чем сейчас можно говорить? Я всегда говорю то, что есть, и говорю искренне. Мы сейчас четко понимаем: у нас первый барьер – Лига наций. Когда барьерист думает о последнем барьере, он точно на первом-втором споткнется. Я думаю о том, что будет сегодня. У меня сегодня Норвегия, потом – Словения. А когда ты подписываешь контракт, там же не написано: «Надо стать чемпионом мира» или еще кем-то. Мы должны понимать, где мы, что мы. Это мой реальный ответ. Моя задача – когда наступит игра, какой бы соперник ни был, надо найти возможности и методы, как их обыграть. Берем нашу группу в Лиге наций. Какой команды мы сильнее? Норвежцев? Словенцев? Австрийцев? Но это ни о чем не говорит. Моя задача – найти варианты и методы. Условно, испанцы тоже были сильнее нас [сборной России] на чемпионате мира, так ведь? А какой результат?

– Футболисты сборной Казахстана были шокированы уходом Магомеда Адиева…

– Магомед поработал в своем родном клубе, «Ахмате». Наверное, у него есть тяга к своему родному. Отставка – это когда тренера вызывают и благодарят за проделанную работу. Адиев провел хорошую работу и принял то решение, которое он сам захотел принять. Это нужно уважать. Чему удивляться? Это футбол. Не могу сказать, что Адиев меня рекомендовал президенту КФФ Адлету Барменкулову, так как мы с моим коллегой на такую тему не общались. Вы спросите президента.

– Важно ли для вас чтобы казахстанские футболисты уезжали в зарубежные чемпионаты?

– У футболистов в сильнейших лигах Европы средний уровень готовности выше. Посмотрите на сборную Австрии, Словении и Грузии. Практически весь состав играет за рубежом. Тем не менее, на чемпионате мира 2018 года в сборной России только два футболиста играли за рубежом. Это Габулов и Черышев. Выступили так, как надо, хотя все играли в чемпионате России. В мое время я и мои одноклубники по сборной играли в сильнейших чемпионатах. К сожалению, это не дало нам возможности стать чемпионом мира или Европы. Отъезд футболистов, с одной стороны, хорошая тенденция, но с другой, сборную нужно правильно настраивать несмотря на то, играет футболист за границей или в Казахстане.